1. Был именитой купец ВАрегин. В Питере жил, царю помогАл армию кормить. У купца ВАригина был сын один. Время ему вышло женИцца. Он отцу сказал: «Сватай, тятинька, а сам не окАнчивай дело: я сам поеду досвАтывать». Потом купец приезжает к купцу: што «я приехал за добрым словом, за свАтаньем». — «С великой охотой отдаЁм дочь за твоевО сына! тебя и ждём!» — «Не хочУ я окончить дело сам, вЫсватать теперь, а приеду на второй раз с сыном, потОм окончим дело!»

Потом приезжают с сыном. Сын приходит в купеческие палаты и говорит: «Покажи мне свою дочь! я посмотрю, какА у тебя дочь». Дочь собралАсь в светное платье, выхОдит, поздорОвалась с ВАсинькой с Варегиным. То он сказал купцу: «Господин купец, дозволь мне в рАзные кОмнаты с ей рЕчи поговорить, с невЕстой!» — «Я тебя, — говорит, — возьму, так блуд сотвори со мной! (што мне терпенья нет)». Она согласилась.

Объехал он десяток купцов (и всех) и всё таким манером: обледеневОнит, выйдет из комнаты и говорит: «Мне такую б..дь не надо!» Отец на ето осердился. «Неужели купеческие дети всё б...и, — гово­рит, — девки? Я больше сватать, — говорит, — не поеду никудЫ! мне канфУз! Сватай сам, где знаешь!»

2. То он вышол в лавку торговать, Васинька Варегин. Идёт к ему офицерская дочь, девушка из из себя хорОшая. Приходит к ему она в лавку и говорит, што «мне нужно, Васинька Варегин, серЁжечки». Сказал: «ДорогИ ли тебе надо серёжки?» — «Не дороже твово — в десеть копеек покажИ». — «Девушка ты хорошая, а што дешОвы больно серёжки прОсишь?» Варегин сказал: «Не пойдешь ли, Умница, за меня зАмуж?» (Она ему заглянУлася). ДевИца на то ему сказала, што «я беднова положЕния, офицЕрская дочь; где вы меня возьмёте?» — «А если вы пойдёте, я одЕжды нашьЮ своЕй хорОшей (когда у тебя одежды нет, опасАешша), только айда за меня зАмуж». ДевИца сказала: «Иду я за тебя с велИкою охотой, как если не мОргаешь мною; согласна».

То он ей сказал: «Не сотворишь ли ты сейчас со мной блуд, гди я тебя возьму?» — «Ты меня хоть золотом обсыпь, не сотворЮ, покуль не повенчАешься!» То Васинька Варегин: «Вот стало быть ты чЕстнова поведЕния; я тебя возьму. Дам я тебе сечас сто рублей денег». Дал ей сукнА хорошова и дал на много плАтьев всЯкова матЕрья: «Ты к етому воскресЕнью испасИсь: штО тебе дал, всё перешей, штобы было у тебя готово. Мы поедем повенчаемся!»

3. То он повЕчеру приходит домой, отцу своЕму объясняет, што «я вЫсватал невесту». Родитель спросил: «Скажи, Васинька, где же ты вЫсватал невесту, у какова купца?» Сказал ему сын, што «я вЫсва­тал офицерскую дочь, у офицера». На то ему отец сказал: «Если ты привезёшь её домой, я тебя и в дом не пушшУ с ей!» — «Я на тебя не погляжУ! когда мне глЯнецца человек, всё-таки я возьму!» (сказал сын). То подходит суббота. «Што, тятинька, добровОльно будешь свадь­бу играть, или не будешь?» Отец сказал, што «ты не думай! Никогда не соглашусь я офицерскую дочь взять в дом!»

Васинька отправился в лавку торговАть поутру. Тогда Васинька думат млЕнъем: «Взять надо денег не мало! мОжот, отец меня выгонит, было бы чем жить мне с ей!» Взял много тысяч с собой денег. Доживают до воскресенья. В воскрЁсной день сказал сын отцу: «До­зволь мне х кобЕдне сходить». А отец; «Што, разе у нас лошадей нот? кучер отвезёт тебя на лошАдке». Васинька сказал отцу: «Я не хочу ехать на лошадке, а хочу пешкОм итти в бОжей храм!»

4. Васинька тогда не пошОл в церкву, а пошол в питейное за­ведЕние. Приходит в питейное заведение, — сидят три пьянчужки, головы повЕсили. Купил четверть вина имЯ; поИт их водкой и говорит: «Ребята, вино пить не даром!» — «А што нужно, Варегин, тебе?» — «Вот етот будет мне хрЁсной, а етот — дружка, а етот — пОдружьё! я женицца хочу». Пьяницы на ето были согласны. «Пейте, да не шипко, вОвсе пьяные не напивАйтесь!» То действительно выводит их на рынок, купил им хорошие одежды, обредИл их как сладно быть, пьяниц. Свиснул биржОвшикам; бержОвшика подгонЯют: «Што тебе угодно?» — «Я вот на сколько времё сьежжу, за тоЁ заплачу». — «Садитесь». То сЯли оне на лошадей, подъежжают к етому офицеру г дому. Офицеру скричел Васинька Варегин: «Благословляй свою дочь зАмуж, выводИ на улицу, пушшАй со мной садИцца! поедем к венцу. (А в дом я нейду сам значит)». Дочь собралАсь; благословили отец с матерью; она выхОдит, садйИцца с Васинькой.

То оне приезжали в бОжей храм. ОбЕдня на отхОде. Оне выхОдят на круг. СвяшшЕнник подходит к имЯ: «Што нужно, Васинька Варегин?» — «Мне нужно венчацца». Для богатова живо свяшшЕнник развернулся, венцы поттАскивал, надевал на них, начал венчать их.

5. То сметили купеческие дочери, што он берёт офицерскую дочь. Купеческим дочерЯм (которых он обледевОнил) сделалось обидно; докладывали оне Варегину. Отец разузнАл: «Сукин сын! безо всякова блаhословЕнья... всё-таки на своЕм постоял! венчАцца!» Работникам приказАл стать к воротам, взять по стЯгу: «Если приедет, убейте ево, и зЫску не будет!» То Варегин приезжает к ворОтам, видит: работники стоят со стяжкАми. «ШтО ето такое? разбОйство!» — «Васинька, убирайсь, если хочешь живым быть, так убирайсь и сюдЫ николдЫ не являйся!» Васинька Варегин с биржОвшиками расплатИся и пьЯицам дал по рублЁвке; сам пошол, откупил себе квартЕру.

6. Ночь переночевАли, а поутрУ пошОл лавку себе взял, нАбрад товару, начал торговать. (Даром жить нечево, а денег украл немало). Проживаетца месяц и два. Люди доносят отцу, што очень молодА хорОша и хорошО живут. Мать ево сужалЕла, своЁва сына, и говорит: «У нас один сын! живут прикашшыки». (Мать так мать; мать — кривАя душа). «Нам штО, што худая жена, пушай живет с нами!» То он написал сыну письмо, а лакею приказал отташшЫть, — штобы Васинька шол домой жить.

То письмо Васинька получил, сказал: «СтАрой пёс одУмался, видно!» Приходят оне с женой к отцу, пАли в ноги. Отец их простил. «Вот ведь, тятинька, ты до старости дожил, а ума-та не нажИл! если бы я богАчку взял, она будет черемОнии вести, а я бедную взял, — меьш она боицца, а вас вдвОе!» И стали оне поживАть. ПондрАвилась сноха, залюбел Варегин и признал ее хорошим человеком.

7. Тогда купеческие дочери в воскрЁсной день в клуб съежжались погулЯть. То оне советовали: «Давайте по сту рублей стрЯпке Ихой отдадим, пушай она жену Васинькину уморИт: тогда он котору-небудь из нас возьмЁт». СобрАли оне денег тЫсчу рублей; приходит одна к Васинькиной стряпке тайно: «ПолучИ тысячу рублей, возьмИ зелоЁв, состряпай пирог, окормИ её». Стряпка согласилась. Пошла на рынок, взяла зельЁв и взялА хорошую рЫбину (осетра); состряпала она пирожОк особенной. Подает кверху (там действительно, обед). Приходит на куфпю молодАя к ей; тогда стряпка сказала: «Послушай, молодая, нам обед достаёцца всё попОсле! я сострЯпала пирожок для тебя особенной, — не угодно ли покушать сечас?» — «Ну, давай, стряпка, поедим!» То она живо скатёрочку набрОсила, пирог разрезала и говорит, што «садись, давай кушать!» Молодушка говорит, што «стрЯпка, садись вместе!» — «Вот у меня это не убрАто; да я сейчас сяду; давай садись, кушай!» (Стряпке будто бы нашлось дело тут).

То молодая сколько бы там поела рыбы, растянУлась вдоль лавки и кОнчилась. Тогда стряпка убирала скоро пирог и всё это, долОжила большакАми, што «што-то молодУшке сделалось». То приходят свервху Варегин со своей женой, смотрит, што уж она кончАлась. (Не хворАла, а кончАлась).

8. ДолОжили Васиньке (он был в лавке на торгОвле). Очень Ва­синька запирал лавку скоро, бежал домой. Прибегает, — жена ево кОнчилась. ВЫшол на дворЕц Васинька, заплакал об жене. Сказали ему работники: «Не плачь, Васинька; есь у нас е городе сведушшая старую если не своЁй смертию она померлА, она мОжет оживИть её». То Васинька приказал кучеру: «Поезжай за старухой! штО она возьмёт, то и заплАтим; вези её домой сюды!» То кучер приезжает к старушке. К бедному: «Куды? чево?» а к богатому — сейчас собралАсь садитца с кучером. Старуха приезжает.

Васинька стал перед ее на коленки, прОсит старуху как можно потрудицца. Старуха сказала: «Если не своёй смертию умерлА, так ее через час живую сделаю, а если своЁй смертию умерла, тогда ничеО не поделать! ВЫйдите теперь вы из кОмнаты, а через час врЕмя я вам долОжу». Раздела она её донагА, полОжила ей на сердце цветок, нА лоб и на грудь — три ц(с)ветОчка положила. Час время только проходит, а молодая стаёт. Старуха снимает с ее светкИ, а молодая одеваецца в платье — как есь по-стАрому.

Тогда — знают купец, колдЫ час врЕмя пройти, — у дверей скричели, што «можно ли в кОмнату зайти?» Сказала старуха: «Можно». Заходят в комнату все трое и спрашивали молодой: «ШтО сделалось над тобой?» МолодА сказала: «НеттО! я только пирожкА поела, вот меня с пирожкА и взяло: слышу, што, вы разговАриваете, а стать не могу». Сказал Варегин купец, што «где у тебя пирог? покажи, чем кормИла!» А стряпка отвечает: «Она врёт, я нечем её не кормила, пирога у меня нет!» (отпирАетца). То Васинька избИл, из дому вЫтол­кал: што «не толи в дом, мимо моЁва дому теперь не ходи!»

После стова старушке наградил сто рублей денег и отправил её на место. Старушка дала ему за ето три светОчка на вОвсё: «Ес(ш)ли што будет над вами, так вот так и делай!» (рассказала, што «на грудь и нА лоб и на серцо полОжь»).

9. Тогда оне прОжили неделю, — сын стал отцу говорить: «ТЯтинька, мы поедем е особенные городА с женой торговать! пушай купеческие дочери эти вЫдут замуж, а то оне и меня изведут!» Отец дал денег ему немАло; он отправился на ямскИх в город Астракань. Приезжают в етот город, откупИли себе квартЕру, нАчали квартЕровать. То Васинька Варегин пошОл на рынок купить себе лавку и место хорОшое. Приез­жает енерал из Англии в этот город, стаёт квартЕровать к етому жо купцу в дом.

А енерал был из себя молодой и холостОй. Увидел он ВАсинькину жену, што она хорОшая, стал с ей розговАривать. Сказал енерал: «Што вы — здешные или не здешные?» Сказала она, што «мы из гОроду ПетербУрху, я Варегина сноха, Васинькина жена». Сказал енерал: «Чья жо ты дочь?» — «Дочь я офицерская». А енерал сказал: «Когда ты офицерская дочь, военную службу очень хорошО знаешь. И вот, со­гласИсь со мной жить тепЕриче. СвоЁва мужа манИ: поедем мы в англИцкой город; твоЁва мужа мы там кОнчим, а я тебя зАмуж за себя возьмУ». То она на ето была согласна: «Итти лучше за енерала, чем за купцом мне быть». (Охота енеральской женой ешо быть!).

То Варегин по вЕчеру приходит, она и говорит: «Мила ладушка, когда мы задумали с тобой дальше ехать, поедем ешшо подАльше, поедем в англИцкой город мы с тобой торговАть!» На то он ей сказал: «За морем корОвы дЁшовы, перевОз дОрог! далЁко ехать». (Васинька был не согластен). Енерал ему сказал, Варегину: «Я тебя увезу бездЕнежно; сколь вы проживЁте — и назад пристАвлю бездЕнежно, только айдАйте туды! там вам торгОвля будет хорОшая».

10. Согласился Васинька Варегин ехать. Ночь оне кУтили, а заутрА с обирались ехать. ПоутрУ товаров нагрузИли свежих, отправились в отпрАвку в Англию. То был Васинька Варегин в гитАру охотник играть. ГитАру она у ево запрЯтала (на фатЕре остАвила). Отъехали ковда так, выехали нА море, жена и говорит: «Всё, Васинька, хорошО, только одном я виновата: гитАру я оставила, забыла». — «Вот ты подлая! што разве карапь остановИть для штуки етой?» Варегина жена сказала енералу, што «корапь остановИть: нужно обратицца за гитАрой». Остановили корапь, отхватили лёгкую шлюпку. Варегин сял. Она ему рассказала, где лежит; он воротИлся за гитарой. ПрибЫл нА берег, побежАл — может быть улицу или две ли, колИ ешо там добежАл, — оне пОдняли якорь и уехали, оставили ево на сухом берегу.

То он гитАру нашОл, прибегАет нА берег и видит, што оне очень далЁко. «Если мне ехать в етой шлюпке, должОн я в бурю утонУть а мне уж их не догнАть!» То он сколько бы побранИлся после етова пошол в питейное заведение, с горя взял себе водки выпить, Варегин. Приходит к нОче на старую фатЕру, стал жить-проживАцца тут. (Деньги есь с собой у ево).

11. То Варегин дождАлся: приходит на пристань корАпь; он прибе­гает, спрашивает: «Когда пойдёт в обратной путь корапь етот?» — «В обратную путь отправицца в город в Англию». — «Господа, возьмите меня с собой в англИцкой город, я вам заплачУ за ето!» (На рОзыски охота съездить). На будушшой день также перегрузились оне товАрами, отправились в город Англию; сял он с имЯ тогда. Когда ему делать нечево, он возьмёт свою гитару, начнёт выигрывать.

Приезжают в Англию, приваливаюцца на пристань, а на приёмку товаров приезжает енерал с ево женой. Сразу жена ево признАла и говорит енералу, што «мой муж прибЫл сюдЫ». — «Ладно-хорошО! што мы будем делать с им?» — «ШтО хошь!» — сказала она. Енерал сказал: «А по прибытности нет ли у вас какова музыканта с собой, в музыку поиграть?» Сказали ему, што «есь у нас музыкант Варегин Васинька». Васинька в музыку играл, а сам выговаривал, што «пОдлая жена, брОсила меня на чужой стороне».

12. Очень енерал скоро ево закликнул, што «Варегин, пособлЯй товары выгружАть!» Енерал вытаскивал из своёва кармана тЫсчу рублей, полОжил к Васиньке в гитАру. Тогда немного оне порОбили; енерал говорит, што «меня обокрАли! я обыск хочу по вАми сделать!» То обыск сделали, — ни у ково не нашли, нашли в гитАре у Варегина тысчу рублей. Сказал енерал: «Вы Етем наживайте и капИтал!... За­вернуть ево в рогожу, завестИ за остров, утопить ево в море!» Салдаты живо завязАли ево в рогожу, завернули и связАли крепко, полОжили на лёгкую шлюпку, повезли ево за остров.

Сказал Васинька Варегин: «Не топите, братцы, меня! погибает душа моя напрАсно; пожалейте меня, отпустите на остров, я вам дам пО сту рублей денег. Скажите... Тогда я уеду на ямских домой и виду не подам, здесь не буду жить!...» Салдаты пожалели Васиньку, развязали; он дал имЯ пО сту рублей, а ево на остров выпустили. На ямских он приезжает в свой опять город Петербурх, Васинька.

13. «Што сделать? схожу я в питейное заведение, напьюсь до пьянА, тогда я пьяной лучше одумаю, штО мне сделать». НапИлся водки. Приходит салдат, берёт тожо винА. Васинька и думат млЕнъем: «Говорят, што солдатам плохо жить. Солдату есь на чево и водку брать! Пойду я сам в военную службу». Приходит он к енералу и говорит, што «я, господин енерал, желаю безо всякой засчИты в воен­ное положЕние». Енерал хорошо ево знает, што он Васинька Варегин. «Тебя, Васинька, никак нельзя забрЕть покрОме царя: если царь при­кАжет, так и я забреЮ». Потом доложит всё-таки царю.

ДолОжили царю, што Васинька Варегин желает в военное положение безо всякой засчИты. Ц(с)арь на то сказал, што «ево без отца никак нельзя забрЕть, сын он один: отец распорЯдтща забреть, так забрЕйте!» Отец подумал так: «Стало быть, он жену потерял, желает в салдаты; забрЕть ево безо всякой засчйты (отец не научил, так пушай царь поучит!)». Забрели ево.

14. Приказал енерал, штобы не быть ему рядовым салдатом, а произвести в каки-небудь офицерА, и выше и выше. То, как он человек поученой, действительно, военною службой очень хорошо занЯлся; за­служил себе чин офицера. Он с этова горя сдумал пьянствовать (как дОма раньше жил). Все деньги прОпил и одежду с себя пропил; нАчал у товАришшов воровАть, што-небудь да пропивАть ташшЫт. Стали сол­датики енералу жаловацца, што Варегина нельзя держать с собой вместе, цгго нАчал у нас воровать кое-што. Енерал сказал, што «не могу слушать, взять ево на сокрОту — не давать ему вина!»

15. Сря(е)дИли ево как есь в солдацкой мундЕр, назначили к ге­нералу в колидор нА вести (часовым). Он стоял в коридоре; енеральская дочь малая мимо ево идёт; как сверстАлась против ево, и уронила она шалфЕтку. («Што от ево будет, когда за ним воровство имеетца?»). Он шалфЕтку ету прибирал, за обшлАг пехАл. Енеральская дочь шла мимо ево взадь, ништО ему не сказала (што он прибрАл; прошлА и только).

С часов он сменился. Ведёт ево товарищ в казарму под дивизОром, штобы он не мог зайти в питейное заведение, шинель пропить. Идёт он дорОгой и говорит: «ТовАрищ, я хочу немного на двор; дозволь мне сАжен пять отойти от тебя!» Тавариш ему дозволил; он сажен пять отбегАл, шалфЕтку вынимал из кармАну, развязывал узол. В однЕм узлу, — видит, — завязано три золотЫх. (Она гостинцы ему дала). А в другом углу — развязал, видит: записка; и он, как человек грамотной, смотрит: «Одумайся, Васинька Варегин! Не будешь еш(ж)ли водку пить, будешь жить богаче (как у отца) домашнова».

16. То Варегин одумался, што «я брошу водку пить!» Надевал скоро портки, шол с товаришшом в казарму. Приходит в казарму и говорит: «Ребята, дозвольте мне ведро водки взять и реьиотку кала­чей — вас попотчивать; вы меня простите — я у вАс много прОпил!» Салдаты сказали, што «купи, Варегин, хорошоё дело! попОтчуешь нас». Заходит он в питейное заведение, взял ведро водки; на рынок зашол, решОтку калачей скупил. Тогда напоИл салдатиков; оне ево простили и сказали: «НепремЕнно, подарил ему денег енерал и наставил ево, видно, на путь».

Тоhда он сказал: «Старший делопроизводитель, позволь мне на ры­нок сходить в лавку — купить сукна на мундер и сапожки как есь: у меня мундЕр плох, нужно мне мундер хорОшой завести». Купил, сшил себе мундЕр хорошой, обрядился как следует.

17. То оне во второй раз опять ево поставили в дежурство к енералу в калидор. Стоял он на часах; малая дочь мимо ево идёт и остановилась, спрашиват: «А што, вы тот раз стоЯли, я шалфЕточку уронила — вы подымАли?» — «Да, подымали». — «Это ничсво, — говорит, — што вы подымали! А што в шалфетке было, то видАли?» — «Да, бАрошня, видали: в однем узлу было три золотых, а в другем — записка», — «Што жо, Васинька Варегин, не будешь больше пить?» Сказал ей, што «я горести (табачИшша) и матершИны не могу перенести в казарме — по старой жизни, как я жил у родителя. То-то бы мне фатЕру особенную, я тогда не стану и водку пить!» На то она ему сказала: « МотрИ, Васинька Варегин, если тебе дадут особенную фатЕру, станут тебе завязывать глазА, садить тебя в глухую повозку ты айдА !» (От солдата от каслИнского выслушал сказку).

18. Приходит она к отцу и говорит: «Тятинька, нужно дать Васиньке Варегину особенную фатеру: он в казарме не может перенести с такими людЯми». Енерал написал ему записку, што «придёшь в казарму, тогда разъяснИ своим тавАришшам и разышшЫ себе фатеру!» То он приходит к своему дяде к Варегину (а к отцу не пошОл). Приходит; дядя весьма рад, принЯл Васиньку Варегина в гости. «А што нужно, племянничек?» — «Вот бы, дядя, мне нужно фатЕру: я в казарме не Moiy проживАциа». Дядя ему сказал: «Комната тебе готова и повар готов! ешь (потреблЯй) мою пишшу, вЫчету с тебя не будет (за ето я ничево не возьму с тебя)».

Он поблагодарил дядю за ето, сходил в казарму, свои вЕшшы взял и сказал салдатам, што «я буду стоять фатЕрой у дяди у Варегина». Тогда стали, действительно, к ему ездить: што не ночь, приезжает кучер в глухой повозке, завязывал ему глаза и возил ево. (Он с енеральскою дочерью с малой живёт: она залюбела ево и возила ево каждую ночь к себе).

19. Продолжалось не меньше году это врЕмё. Потом енеральская дочь ему говорит, што «будет нам с тобой зря жить; дам я тебе сто рублей денег и золотУю табатЕрку; поставят тебя в царской калидор на караул, а ты скажи, што не здоров, отпрашивайся у моЁва родителя; дай ему сто рублей денег, а если ето не помОжет, отдай золотую табатёрку, штобы отменИли только от караУлу». Васиньку Варегина на­значают в царской калидор в ХристОвскую заутриню стоять в дежур­ство, и он сказал, што «я не здоров». То сказали солдаты: «ОтменИть мы не можем, просИсь ты у енерАла».

Приходит он к енерАлу, перед им на колени стаёт и говорит, что «ваше высокородие, отмените меня: я не здоров; получите лучше вот с меня сто рублей денег. Я не здоров». Генерал: «Нельзя никак тебя, — говорит, — сменить, отстАвить от дежурства: назначен ты царём». После етова пОдал он ему золотую табатЕрку. «Нельзя ли как отменить? я шИпко слаб, не здоров». Тогда енерал взял золотую табатёрку и сказал: « МотрИ, Варегин, какой будет спрос, ты уж скажи, што не здоров сильно».

20. После этова пошол он пО городу и нашол он такова человека, кто может состАвить пАску и на аналой поставить в Христовскую заУтреню. То ударили в Христовскую заутреню, является Варегин в монастырь в такой, где царь приезжает. Царю пропели паску, начинают Варегину петь; царь слУшат. Заутреня отхОдит, начинАетца обедня; царю пропели паску, также и Варегину, на конец. Царь сказал, што «ВарепйЬ гмел на аналой паску поставить, умей с налою её и взять!» Варегин стоял, отвечал: «Умел, — говорит, — Варегин поставить, умею и взять: возьму с налою, и царь не увидит».

То обедня отошла, видит царь: паски Варегина нет на аналое. Тогда царь приказал всем к Варегину на обед итти с поздравлением. То Царь приказал, што с нижних чинов и до высших ему прибавлЯть — чин от чину. Надавали на окончание ему чин енерала: енерал на послЕде шол и сказал, што «быть тебе енералом». На окончание царь сказал: «Когда он генерала мог через паску получить, потребовать на него га(о)лунЫ, надеть!» Отобедали у Варегина, разъехались по местам. Ва­регин на окончАние сходил на рынок, купил он себе сукна хорОшова, нашыл одЕжды хорошой (генералу уж нужно хорошую шинель!), са­пожки получше купил себе.

21. Потом он жил енералом месяц, другой. Царь спохватился: «Через чево он чин скоро получил?» Царь требует к себе ево (Ва­регина енерала) на совет. То приезжает Варегин к царю на совет: «Зачем вы меня трЕбуйте?» Царь сказал: «Скажи мне от чистой со­вести, через чево ты скоро чин получил? На приступах ты, — гово­ри — нигде не бывал!» Варегин царю сказал на то: «Не знаю, — говорит, — ваше царское величество, тО ли я с женой твоей, то ли с дочерью твоей живу!» — «Почему это ты вЫразил мне такия ре­чи?» — «А потому, — говорит, — што кажной ночи возят меня в глухой повозке, завязывают мне глаза, — говорит,—ночью увозят и ночью привозят». Царь на то сказал, што «не обходЯ каждую ночь тебя возят?» — «Да, кажную ночь».— «Вот я тебе дам пузырёк; ты как лягешь с ей, на шшОчку кАпни; тогда я узнаю, с кем ты живёшь». Затем Варегин отправился домой от царя.

НошнЫм бытОм приезжают за Варегиным, завязывают ему глаза, сАдят в глухую повозку. Лягли оне с ей в спальну, и он взял пузырёк и ей капнул на шшочку; она заОйкала, соскочила, смотрит в зеркало, што пятнО. И сколько бы она мылом не смывала, некак не может смыть. То рассердилась, што «мерзАвец! завязАть ему глаза, свезти ево на фатЕру !» То поутрУ царь ево спрашивал: «Што, Варегин, ездил к своей сударке?» — «Ездил». — «Капнул?» — «Капнул». — «Вот в таком-то часу приезжАй на смотр! записных я невест вЫгаркаю, и посмОтрим, с кем ты живешь». Тогда действительно царь всю свою двОрню осмо­трел — и жену, и детей своих — нет ни на кОм. Тогда съехались ку­печеские дочери записнЫе и также и енерАльские жОны и дОчери; то поглядЕл царь, — не на кем нет.

Сказал царь: «Ково ешо у нас из записных невест нету?» Сказали, што «малой енеральской дочери нету, она нездорОва». Сказал царь: «Штобы предоставить ее, хотя она и нездорова! у нас есь военные дохтурА, посмотрят, чем она нездорова; пушшай всё-таки прибудет на смотр!» То она приезжает. Царь смотрит: она шалфеткой свои шшочки завязала. «А што у тебя, Умница? чем ты нездорова?» — «У меня, ваше царское величество, зубы болят». — «Развяжи, погледим!» Прика­зать ей велел шалфЕтку...; усмотрел у ей товда пятнО.

Царь и сказал: «Вот, госпожа невестка, не желаешь ли итти замуж за Варегина за енерала?» — «Наше дело девичье! как он возьмёт? мало ли бы што я пошлА!» — говорит. Царь сказал: «Варегин, не желает ли енеральскую дочь малую замуж взять за себя?» — «С великой охо той возьму!» Царь велел съездить повенчацца. «Когда умел чин ецерад а получить, так не сменяю я тебя: оставайся енералом! Молодец! Правду сказал, не омманул царя и, што я велел, исполнил!»

22. Когда Васинька Варегин поехал к венцу, дяде своему наказал отца с матерью своЁва в гости позвать. Тогда отец с матерью к брату в гости приходят. Приезжает Васинька от венца; тогда оне в ноги родителями пАли, а отец ево простил во всех делах. Отцу объяснил што жена моя скрылась, и я неизвестен, где она живёт; и я с горя пожелал на военную службу.

Завели пир; также и царя потребовали к себе на гулЯнку. Кутили очень долго, рАдовались.

С месяц-дрУгой после етова послужил в енералах с женой; потом попросился он у царя в Англию: «У меня есь задушевной тавариш; дозволь мне, ваше царское величество, туда съездить, повидацца». (Охо­та опять к жене своей к первой явицца, к первому закону). Царь ему дозволил.

23. Взял он с собой телохранителя и отправился в Англию. Приехал в английской город; надели оба шинели солдацкие: «Скажем, што мы солдаты, послАты из Питербургу сюда послужить... Ты не говори, што я енерал!» То оне являютца в английской город, долОжили енерАлу, што «мы прислАть! из города Питербургу сюдЫ послужить; примите нас, приоделИте в какие полкА». То определили их в полки; начинают оне тут жить. То Варегина назнАчили к енералу нА вести стоять в калидор, в дежурство.

ПошлА ево жена в сад в разгулку и говорит: «Солдат, сними с меня колоши: мне по сАду гулять очень тяжело будет в колошах!» Товда Варегин сказал: «Ах ты мерзАвка! не есь с тебя колоши снять, а есь с меня, я подороже тебя! я, по крайней мере, муж!» То она не пошла в сад в розгулку, воротилась в комнаты назадь. Говорила своЁму гулевану енералу, што «мой муж Варегин стоит в колидоре на часАх».

24. Енерал посмотрел на Варегина в калидоре и воротился в ком­наты назадь. Не через долгое время енерал собрАлся в гости, наказывал солдату, «штобы никово не впушшАть, покуль я езжу в гости!» При­езжает оттудова и ведёт салдатов за собой, канвой уж. Енерал приходит и говорит: «А што, господин одинАрец, нихто у меня в комнатах нЕ был?» — «Никоео нЕ было покрОме меня!» Заходит в комнаты полИца и там смотрят: камот перебит росшиблен и там бумАжник изорват валЯцца серЕдь пОлу. «В этем бумАжнике было у меня несколько тысяч денег!» Товда ево присудили скоро к полевому суду, к рострелу: через шесь часов штобы рострелЯть ево. (Вот и господин енерал! добился опять). То приказал ево заковАть, свести в тюрЕмной зАмок.

25. То он приходит в тюремной зАмок, попросился у этех салдатов сходить к тавАришшу вЕшшы передАть свои. К телохранителю приходит, говорит, што «ты возьми мои вЕшшы. Как меня рострЕлят, ты тогда ношнЫм бытом вынь, роздень донагА; есь у меня в чемодане три светочка, положь эти три светочка на серцо, нА лоб и на грудь; через час если я живой буду, так буду, а не буду, так закопай меня опять в яму!» Телохранитель боицца ношным бытом так итти; запАс себе винА, напИлся пьяной, потом пошол отрывАть ево. ОтрЫл ево, роздел донага, положил на грудь и нА лоб и на серцо (как ему наказАл).

Был он трубокУр, начал трУбку раскУривать; пьяной колдЫ-то налОжит, колдЫ-то раскУрит, — час врЕмё прохОдит. Варегин стаёт, а телохранитель испужАлся, от ево побежАл. «Не бегай, товАрищ! Подай мне из чемодану белую рубашку, а што есь, себе прибери! То поживИ здесь; я отправлюсь в свой город Петербурх. Ты поживи здеся! я скоро к тебе прибуду!»

26. То он отправился на ямских в свой город Петербурх. То ладно-хорошо. Приезжает в город Питер; очень тяжелО царская дочь хворАет. Варегин надевал одежду дОхтурскую, назвАлся чужострАнньм дОхтором; сказал слУгами: «ДолОжьте царю, што я с измалетства этем занимаюсь; не прИмет ли меня царь дочь свою лечить?» То царь приказал дохтуру этому: «ВЫлечишь мою дочь, большА тебе будет на­града!» Што «мне лечить не подобАет самому девИцу; я отдам на честные руки жЕньшине свое лекарство». Женьшине этой россказал: «Ты роздень её донагА и положь ей на грудь, нА лоб и на серцо три светочка..». То через час времё налились у царской дочери крОви и через час времени сделалась всем здорОва, лучше старова.

27. Тогда она спрашивала: «Из каких ты родов? из каких земель явился ты, дОхтур?» — «Я с измалых лет хожу и я своЁва роду-плЕмени не знаю». Царская девИца прихОдит к своЁму родителю и говорит царская дочь: «Я желаю за етова дОхтура замуж идти!» Царь приказал: «Што же! желаешь за ево зАмуж идти — сходи повенчайся с им!» После етова стали оне с ей поживАть.

28. Тогда сказал ВасЮтка Варегин: «Нет ли, тятинька, у тебя в каких городах силы мне попроведовать съездить? не обижают солдатиков енералы?» Назначил царь ево в город (Самарканд), — да не в тот. Он съездил в етот город очень скоро. Приезжает и говорит: «Тятинька, не назначишь ли меня в город Англию?» Сказал царь, што «силы тут немнОго стоИт». — «А я, — говорит, — слыхАл: тут городОк хорОшой». То царь ему приказал и в Англию съездить. Тогда он поехал со своЁй женой (взял царскую дочь с собой).

29. ДАли знать в Англию, што в которой день наследник прибудет. То оне не доехавши одну станцию до английскова городу, — жене он стал говорить: «Жена, ты знаешь ли, хто я есь такой?» — «Не знаю, я только то знаю, што ты мне муж». — «А ты не знавАла ли Васиньку Варегина прежде?» — «Как же не знАла!» — «Вот я самой и есь». — «Как же, Варегин, — говорит, —не в давнее время ты служил у нас енералом, взял енеральскую дочь малую?» — «Да и верно, — говорит, — а первова закОну за мной была офицерская дочь; еду я теперь — её хочу нарушИть: она живёт с енерАлом в Англии. Ты ночь севОдни здесь обождИ, а поутрУ приедь; я в ночь севодни отпрАвлюсь в Англию вперёд. МотрИ, если уж ты меня нигде не мОжешь найти, так ишшИ меня в тюремном замке!» (Он начепушИт опять там уж!)

30. То простИлся с царскою дочерью и отпрАвился в ночь в Анг­лию. Приезжает; бежИт прямо в казарму. Приходит: солдАты чистят рУжья и мундЕры свои и сапОжки, на смотр выходить подчишшАются. Сказал Васинька, што «он не длЯ етова едет, наследник, ему не нужно ваше чИшшеньё!... А што же? я гляжу, што у вас такова-та солдатика нет. Где же он находицца?» (Телохранителя своЁва спрАшиват). «Он находиуца у енерала в бАнниках, в бАне и спит (день и ночь про­живАецць в бане). Уж хорОшова человека спросил, сАмова последнева!» — «Затем, братцы, прошшайте! а мне нужно с им повидацца».

31. Приходит он в баню. И он также чистит ружейцо и свой мундЕр; тожо на смотр подготАвливацца. По имени ево назвАл, по изОтчеству ево звеличАл, поздоровался с им. Банник не может ево признАть. «А што, земляк, — я тебя не признаЮ — ты откуль? какой? как тебя зовут?» Сказал Васинька: «А прежде знавал Васиньку Ва­регина?» — «Как же не знал господина енерала!» — «Вот вы теперь ждёте наследника, а я теперь в наследники наступил!» — «Чево вы городите, Варегин? неужели, — говорит, — правда?» Тогда он растегнул свою шинЕль, казАл ему нижной мундЕр. Потом он перед им на коленки пал... «Это не нужно! сходи в. питейное заведение, купи две бутылки водки, да бисЕрту купи; а про ето нештО не говори, што у меня наследник в гости». То притАскиват две бутылки водки и всЯкова бисЕрту. «Мы севОдни, — говорит, — ночь пропируем, а завтра што-небудь открОем!» Приказал он товАришшу наклАсь в ранец г...ен и калбушек (обрубков); «и ставАй с левова флАнку на край! с тебя буду я смотр делать — с краю, завинЮ тогда енерала».

32. Ночь ета проходит. ПоУтру рано едет царская дочь; и в барабан ударили, што едет скоро наследник, што выходить скорее на смотр! (НаслЕдница торопицца, штобы ево не убили). То енерал скричел своими кучерами, што «подайте поскорее мне карету! поскорее на смотр ехать!» То енерал выходил, садился в карету со своёй жонкой. Васинька выходил из бани и сказал: «Куды ты, сволочь, садишша с енералом? ты не енерала, а Варегина жена! Б...Ина ты етакая таскУшшая!» (обледевОнил её). То енерал приказал ево заковать: «Покуль смотрЫ не отойдут, пушАй он сидит в тюремном замке! (Как можешь обледевОнить мою жену?» — говорит.) То повели ево, заковАли.

33. А ехала ево жена, царская дочь — в повозке стояла на ногах и глядела, где несчастнова поведут. То увидела наследница. Он сказал, што «мне подайте одежды и расковать меня сей минутой!» То из екипАжу ташшАт ему одЕжды. То увидАл енерал, когда он снаряжАлся в наслЕдницкую одежду, — тогда енерал сгорюхнУлся. «Хто мог ему сказать? ведь и верно, што не моя жена!»

Тогда снарядИлся в одежду, являлся к солдатам. Поздоровался с енералам, подходил к солдатам на смотрЫ.

А к царской дочери подходила енеральша поздоровацца; за ручку взяла, а царская дочь и говорит, што «здравствуёшь, офицерская дочь и Варегина сноха!» А она говорит: «Царская дочь, я не Варегина сноха, я за енерала выходила девушкой зАмуж». — «Нет, не может быть! ты меня оммАнывашь!»

34. Варегин приходит с левова фланку к салдатику и говорит: «Ну-ко, солдатик, хорошИ ли тебе выдает енерал вЕшшы? Покажи, што у тебя в ранце в солдацком!» РазвязАл он рАнец, оказАлось у нево в ранце г...ы и калбушки.» — «Разе я на смех приехал? — скричел наследник. — Ранцы бросить за фрунт, штобы не за однЕм не было! Не смеяцца надо мной, господии енерал!... С енерала голунЫ долой! не енералом быть тебе, а банником. С енерала английского оборвать с ево голуны. Надеть на банника, и те быть...» С енерала голуны оборвАли, надели на бАнника.

35. После етова подходит к первой своей жене, к офицерской дочери, и говорит: «ШтО, ты признаЁшь меня мужом, што я Варегин Васинька?» Она говорит: «Я не признаЮ!» — «Когда ты меня не при­знаЁшь, я могу с тобой иначе распорядицца теперь!» Привязать приказал её к столбу и растрелять из шести ружей её и закрыть её в яму. («Она меня, — говорит, — растрелЯла и топИла!»). Тогда жену ево рострЕлили и зарЫли.

Таваришшу своЕму наказал: «СлужИ и правь этем городом! я к тебе буду приезжать почАшше, навешшАть тебя». А жене своей сказал, царской дОчере, што «ты отцу своему не выражАй те речи, што я ВАрегин! мы так с тобой и изживём век». И стал он с царской дочерью жить.