[Л е г е н д а]

1. Жил-был старичёк. До товО добился, што ему уже питАцца нечем стало. И пошол он за 30 верст на такое озеро рыбАчить. ИспрАвил он на этем озере себе балагАн землянОй и в этот балагАн он перевёз жену и детей. После этова он дал клЯтьбу, што «если я на себя (кажной день) не заУжу рыбу, то не буду я ись: день буду удить, а ночью Богу молИцца». Он не заУживал на себя, только заУживал на жену и на детей. То господь дал ему терплЕнье: не ел он с месяц.

2. Потом тут такой день выдался, — заудил он две рыбки лишних; потом он не стал удить, прослАвил Бога: «Слава Богу! Господь меня сужалЕл, дал мне на прОпитал две рыбки лишних!» Сказал: «Мне Жена сварИт севодни, я поем!» Подходит к балагану и жене говорит: «Говори, жена: слАва Бох!» А жена отвечала: «А штО, старик? слАву Бох!»

Он жене объясняет, што «я севодня на себя заудил две рыбки лишних: господь на меня дал!» Жена: «Не на тебя Бог дал, а я тебе родилА ишО два сына, — на их господь дал две рыбки лишних!» Потом старик сказал: «Когда ты родилА два сына, я ешО не буду ись, ловИть буду. Слава тебе, господи, што ты меня не скричела, одна родилА!» После тово он трОи сутки удил, также заужАл на жену и на детей, а на себя нет нисколь.

3. Ночь он промолИлся; поутру своей хозяйке сказал, што нужно их в крешшОну веру везтИ, детей. То он оставил жену в балагАне, а сам пошол в селЕнье за свяшшЕнником. Встречу идёт к ему молодец сказал: «Куды, старик, пошол?» — «РодилА у меня жена два сына нужно их в крешшОну веру везтИ». А молодец ответил: «Возьми меня В кумовьЯ!» То он посмотрел через правое плечё, а показался ему нечистой дух — этот молодЕц. Сказал старик: «Отойди ты от меня, нечистой дух! я и то в грехах потонул без тебя. Какой ты мне кум?» То он захохотал, этот молодец, пошол от ево в сторону, а старик пошОл дорОгой.

Отошол он немнОжко, идёт молодец есшо чишше тово навстрЕчу. И этот молодЕц сказал: «Куда тебя господь понёс, старичок?» Старик молодцу сказал: «У меня жена родила два сына, мне охота в крешшОну веру привестИ, я пошол за свяшшЕнником». — «Возьми меня к себе в кумовья!» — говорит етот молодец. Поглядел он через право плечЁ и видит, што показался хорОшой души.

Старик ево пригласил в кумовьЯ. «Когда ты меня приглашАешь в кумовьЯ, я тебе дам три золотЫх: свяшшЕнник не поедет даром на своЕй лошадке; не утаИ (не жалей их), отдай эти три золотых свяшшЕннику! Я пойду к твоёй жене, а ты тупай к свяшшеннику!» (господь ангела сослАл ему, он только молодцом оказался).

4. То старик не больше часу шол: нЕ в кою пору дохОдит до селения. То приходит к свяшшЕннику. «БАтюшка, я до твоёй милости: у меня родилА жена два мАльчика; вот на таком-то озере я живу, за 30 вёрст. Нужно мне их в крешшОную веру окрестИть, я до твоей милости пришОл». Свяшшенник ему на то сказал: «Ты бы склал их в полу, приташшЫл бы, я бы их окрестИл, ты бы уташшЫл их домой!» Свяшшенник приказал: «ВЫберись из моЁва дому, я не поеду!»

Потом он подходит к столику (старИк), клал ему на столик три золотых. Во второй раз он из горницы выходит, глядит: на столике три золотых, старик полОжил. «Ах, старичёк, у тебя ишо три золотых водицца!.. СтрЯпка, становИ самовар, мы с им чайку напьёмся!» А кучеру велел лошадь запрекчи: «Поедем мы с им детей окрестить». Старик сказал: «Нет, батюшко, я чаю твоЁва не буду пить; ты чаю напьЁшша, поедешь, меня нагОнишь, а я пойду пешкОм».

5. Старик меньше чаю шол; свяшшенник ешо, пожалуй, только из дворА пошевелИлся, — уж он пришол на озеро к своему балагАну. Где балагАн стоял, тут, на том месте, образовался дом кАменной и круг дОму цветы росцвелИ. УдивИлся старик. «Неужели я неладно пришОл? прОлуби мои, а балагАну нет!» То как враз выбегают ево старшие дети из кОмнат отца стречАть. То он детЯми говорил: «Хто вЫстроил этот дом?» — «Пришол к нам какой-то молодЕц, вдруг всё появилось». То заходИл он в дом; кум сидел ево на лавке. Старик говорит куму: «Как, кум? непременно свяшшенник роздУмал! я сколь дорОгой огля­дывался, а он меня не догонЯет». — «Свяшшенник в путЕ, скоро при­едет». (Ангел как не знает!).

Действительно, свяшшённик приезжает к етому дому, сдивился. «Не­ужели я неладно приехал? Он сказал мне: живу в балагане, а етта дом кАменной! это што такое?» Свяшшенник здумал назадь ворОтицца от етова дОму. Потом, значит, андел ево посылает: «Кум, — говорит, — тУ пай, свяшшенника зови в свой дом!» Выходит старичёк, свяшшенника зовёт в дом. Свяшшенник: «Ах, старичок! как поживАешь? сказал, што живу в балагАне, а дом у тебя вот какой, што в селЕнье такова дому нету!» А старик на то сказал: «На всё господь!»

6. Заходят в дом. Потом кум говорит: «Ты, кум, поди в кладовУю, три поклОна полОжь; тут есь купЕль. А я пойду за водой: мне подобАецца за водой итти!» Подходит старичёк к кладовой, полОжил три поклона; дверь отворИлась: стоИт две купели — одна золота, другА се­ребряна. То он взял золотУю купель, вытАскивает, станОвит середь пОлу. Кум наливал в купель воды; приказал отцУ сходить за детЯми, детЕй приташшыть. Старик приходит из той комнаты без детей. «Сходи, кум, сам ташшЫ детей: рУки у меня не подымАюцца взять их». (Сам испужАлся, што такое). Кум отпрАвился за детЯми за ево; приходит, тово взял нА руку, другова — на другую. То приносит детей — один сын в золотой ризе, а другой в серебрЕной. Свяшшенник, смотрЯ на мальчиков, оробЕл. Андел отвечал свяшшеннику: «Открывай книгу, глядИ, какой севОдни день андела: такие и имена давай!»

Свяшшенник на то ему сказал, што «мне подобАецца их (таких мальчиков) крестить?» — «Нет, духовнИк, оне в крешшОну веру не вве­дЁны, полагаецца их крестИть». То действительно роэдел их из риз, подаЁт свяшшеннику, и он посмотрел в кнИгу, назнАчил имЯ именА; окрестил. И пЕредал андел отцу, сказал: «СнесИ жене и пО три поклона за их положь!» А из купЕли воду вылил, постАвил середь пОлу купель. Старик приходит; он приказал ему купель на место снести, выйти из кладовой поблагодарить купЕль и три поклона полОжить. (А свяшшенник всё глядит на их, што оне исправляют).

7. Старик сташшЫл купель и говорит: «Кум, нет ли чем накормить свяшшенника? свяшшённик приехал зА 30 вёрс, небось исъ захотел». Кум ему сказал: «ПодИ, кум, к этой кладовой, три поклОна полОжь, отвОрицца дверь, — тут есь на стОлике всё, ташшЫ сюдЫ». Старик три поклОна полОжил, отворИлась дверь, — на пристОле всево довольно; он постоЯл, а ничевО не взЯл, так выхОдит. «Кум, — говорит, — чем тас­кать, нельзя ли нам за этим пристолом покушать?» — «Можно, — ска­зал, — идИ, бАтько, с нАми!» Заходят, садЯцца за пристОл за этот.

Сидели очень долго. Андел стал говорить свяшшеннику: «Батюш­ко(а), теперь тебя нужно провожать отсюда, сидим мы очень долго за пристОлом!» А свяшшенник: «Не очень, — говорит, — сидим долго; как я приехал, не больше, — говорит, — как часА три и с ездой прошло врЕмя!» А андел отвечает: «Нет, — говорит, — батюшко, ты теперь у нас гостИшь три года, прошло три зимЫ и три лЕта, а тебя бЕз вести потеряли: на твоЁм месте служит свяшшенник другой». — «Нельзя ли, милые дети, мне с вами жить?» — сказал свяшшенник. (ПоглянУлось ему).

Андел сказал, што «ты здесь жить не достОен. Тупай ты на своЁ место, тебе от бОжьёва храму не откАжут. Когда Ежли охота свою душу спастИ, дак ты што тебе дадут, дак только то и бери! а не то, што за «венчАнье давай 10 рублей»; а тебе только бы прОпитал был, и ладно! Ты человек начИтанной, слепых людей на ум наставляй штобы оне Бога могли признавать!»

8. ПроводИли свяшшенника домой, остались двое. «Кум, — говорит моё дело старое; ты уйдЁшь! скажИ мне, чем я буду своих детей пропитывать?». (А он не знат, што он ангел; видит, што он хорошой душИ). То ангел сказал: «Поди, — говорит, — тут есь кладовА; в этой кладовЕ есь большой мешок и киркА, — ташшЫ сюдЫ!» То пригашшЫл действительно большой мешок, кирку и лопатку. «А жене твоЁй на прОпитал тут всево довольно будет! Пойдём мы с тобой по УрАлу !»

Идут оне УрАлом, доходят до таких трав; велИт он ему Ис корню копАть эти травы. НакопАли этех (всяких) трав полон мешок. То сказал: «МотрИ, кум, будешь ты такой дохтур, — по свЕту только один, протИв тебя никакова дохтура бОльше не бУдет! Народ не будет меня видеть, только видеть ты будешь меня один: стану я к которому рабу в головы, ты тово раба лечи; стану я к которому рабу в ноги, ты тово раба не лечи уж! Мотри, кум, штО тебе только дадут, ты только тО берИ, а взятки большие за леченье не бери, а не дадут — и так лечи».

9. «ПойдЁм мы с тобой к королю. Король лежит, 30 лет хворает уж. Он весь в прОлежнях, король; на симАх (в зыбке) висит, не может на кровАте лёжАть». То приходят х королЮ; ангел стаёт х королЮ в гОловы, — короля гюдобаецца лечИть. А старик называецца руським дОхтором. «Не желаешь ли, король, здоровья? Я тебя вЫлечу!» А король на ответ сказал, што «если ты меня вЫлечишь, дарю я тебя городАми и пригорОдками, и деревнЯми; бери всё это себе, только вылечи!» ВынимАет он трав, натопил (запарил в горячей воде) этих трав, подаёт королю лекарство это (в такЕй воде). То король эти лекАрствы пил три дня, — налились в им крови и сделалась ему леготА лучше старова. Король сказал, што «всем ты дохтурАм дОхтур! изо всяких земель я доставАл дохтурОв, покрОме тебя нихто меня не мог вЫлечить!»

Король написАл письмы, послАл по всем держАвам, што «верю я по себе: хто если шипко скудно хворАет, ехали бы за им; покрОме етова лучше дОхтура нет». Потом ево дарил городами и деревнЯми, также много золотой казны и имушшество, и отвёл ему (дал ему) навЕки город и дом.

10. Тогда письмо получил один король, посылает за им карЕту и послАнника, за этем дохтуром. Тожо болен король. Приезжает кучер, пО поес клАнялся — звал ево к себе в город королЯ лечить. Садился тогда дОхтур в карету, катился в королЕвство. Приезжает, заходит х королю в дом. Дохтур подходит х королю, а ангел стаёт х королЮ в ноги: ево не подобАецца лечить, королЯ. Король с дохтуром поздоро­вался. Сказал король: «Если ты меня, руськой дОхтур, вылечишь, я тебе много подарЮ имушшества и золотой казнЫ и отпрАвлю на своих лошадях».

Захотелось дохтуру ево вылечить; поворотил, значит, за симЫ к ангелу головой. Ангел ничево ему тут не сказал, а только отворотился. То он запарил своих трав всяких, подавать стал королЮ. Вылечил ево в трои сутки. Дарил много ему король золотой казны и имущества и отправил на своих лошадях в свой город.

11. Потом оне приезжают. Он и говорит: «Кум, — говорит, — тупай, — говорит, — ты на ето озеро, вези с озера свою жену и детей сюдЫ: здесь у вас богатство вовеки не прожить! А я тебя дождусь». То он запрёк карету; приезжал на то место, видит: оне уже не доме, а в балагане лёжат. (ДОма-та уж нету: ангела-та омманул, так живи по-стАрому!). То он посадИл жену и детей, привозит в етот самой город, где ему подарЁно.

12. «Ну, кум, я у тебя в гостях долго был; теперь пойдём ко мне в гости!» То он повёл ево не путЕй, не дорогой, — диким местом, УрАлом. До той степени он ево вёл, што етот дохтор на себе всё прирвАл и с тела кровь на нем льёт ручьЯми. Сказал этот дохтор старик: «Кум, — говорит, — за тебя, я гляжу, ништо не задевает, а я на себе всё прирвАл, мне трудно за тобой идти». А ангел сказал: «Господь не ето терпел, а ты што не можешь терпеть, што из тебя кровь побежАла!»

13. Завёл он ево в пешшОры. Оказались: горЯт свЕчи. То ево дохтур сказал: «Это, кум, што такое? горят свЕчи к чему?» Андел сказал, што «ето наша жизнь продолжАецца: которой раб родИцца, тому станОвицца и свечА; если может раб сто годов жить, и она сто годов горит, эта свечА». — «А што жо, кум, — говорит, — которая моя све­ча?» — «А вот гляди: твоя свеча сечас потухнет, и жись твоя нарушИцца». — «Нельзя ли, кум, перестАвить (переменить) другую? у меня дети мАлы, теперь бы надо только пожить бы!» — говорит. Андел ему сказал: «Два раз Бога не оммАнывают! Королю принаслЕдно, — гово­рит, — помирать, а ты ево здумал лечить; я тебе накАзывал, — гово­рит, — ты не попомнил. Твоёй свече ешо гореть 30 лет, я переменил твою свечу королю — он ешо проживёт 30 лет. А тебе переменил свечу королЯ; жись твоя короткая остаЁцца: дойдёшь домой, а не то и не дойдёшь — дорогой помрЁшь! Пойди же ты теперь домой. Может, если подойдешь домой, благослови своих детей и лёжись под святую икону, с душой расставАйся!»

Очень скоро бежал, торопился, бежал домой. Сказал жене: «Дай мне теперь рубашку и подштанники беленькие, — мне теперь помирать!» Ляг он под святую икону, благословил своих детей, перекрестился и скончАлся.