Недолог был последний бросок к обетованной земле. Легко и весело мчались по волнам корабли. Справа, на берегу, рощи клонили вершины своих деревьев под порывами ветра.
Море постепенно меняло свою окраску под влиянием вод, вытекавших из широкого устья реки. Взялись за весла гребцы и направили свои суда вверх по ее течению. Это была река Тибр.
Как сладко было ступить на мягкую зеленую траву, укрыться в тени деревьев! Расположились на берегу и решили утолить голод. Вблизи пасся скот, и скитальцы, давно не вкушавшие свежей пищи, решили «позаимствовать» у неизвестного хозяина несколько коров. Волшебный запах жареного мяса уже щекотал ноздри, когда троянцы вспомнили, что забыли захватить с кораблей посуду. Выход нашли быстро. Ее заменили испеченные лепешки. На них и положили мясо, фрукты. Когда трапеза подходила к концу, сын Энея Юл сказал, доедая лепешку:
— Вот мы и съели свои столы...
И все сразу вспомнили ужасное пророчество гарпий, приведшее их когда-то в смятение.
— Братья! — воскликнул Эней. — Голод, испытанный вами сегодня, будет последним. Мы достигли земли, заповеданной нам богами. Верные Трое пенаты, здесь будет новая ваша отчизна!
Сорвав зеленую ветку бука и венком обвив ее вокруг лба, Эней принес бескровную жертву гению этого места и обратился с молитвой к первой богине — Земле, к нимфам, владычицам рек и ручьев.
Громовой удар раздался в небе. Взвилось над головами золотое облако. Это всевидящий Юпитер подтвердил, что пришел конец их скитаниям, что на этой земле возвысится новая Троя. Выходит, правильно истолковал Эней волю богов.
Упоенные счастьем, троянцы не ведали, что к ним уже приближается владелец стад, царь этой области Латин со своим войском.
Богат и могуществен был старец Латин, царь лаурентов, одного из славных латинских племен. Но не было у него сына-наследника. Лишь красавица дочь Лавиния покоила старость царя и его жены Аматы. Немало знатных женихов искали ее руки, но родители отдали предпочтение доблестному Турну, сыну владыки соседнего племени рутулов. Но все же сомневался царь в правильности своего решения. Ведь незадолго до этого, замыслив посоветоваться с оракулом отца своего Фавна, прилег он у ручья на овечьи шкуры и погрузился в сон. И услыхал пророчество о том, что будет у него зять-чужестранец, который возвеличит их род, повергнет к йогам правнуков своих весь мир. Ждет Лавинию величайшая слава в веках. Но дорога к величию пройдет через кровавые войны.
И вот гонцы доложили, что появились на их земле чужестранцы.
До вооруженной стычки не дошло. Троянцы положили перед Латином богатые дары, уверили, что не собираются лишать его царской власти. Им нужен лишь клочок земли, чтобы поселиться в этих местах.
Благосклонно принял дары царь Латин и сам одарил пришельцев прекрасными скакунами. А еще велел Энею посетить его дворец, чтобы обсудить важное дело. Может быть, это и есть тот самый чужестранец, что назначен богами в мужья Лавинии? Тогда и он, Латин, будет рад породниться с сыном Венеры.
Но не дремала и Юнона. С Олимпа приметила она приставшие к италийскому берегу корабли, разбивших на берегу свой стан троянцев. В гневе бросилась она к ужасной, коварной фурии Аллекто и велела ей порушить возникшее согласие. Позаботиться, чтобы не свершился брак Энея с Лавинией. Поднять латинские народы на кровавую войну с пришельцами.
— Пусть троянцам, мне ненавистным, не достанутся земли латинян! — приказала Юнона.